— Мы дома? — неожиданно резко прозвучал в темноте радостный голос Михаила.

— Дома? — удивленно переспросил Савелий.

— Да, во Внуково. Ты точно все обговорил? — кивнул Михаил на черный «дипломат», пристегнутый к руке Савелия. — Мне что-то совсем не хочется на Петровку!

— Не дрейфь, — подмигнул ему Савелий. — А попутчики наши тебя не волнуют?

— А чего волноваться: через пару минут они уже перейдут на полное государственное обеспечение. Правда, если честно, мне не хотелось бы оказаться на их месте, — тяжело вздохнул Михаил. — Выходим или здесь ждем? Я к тому, что пилоты интересуются…

— Сидите пока.

— Как скажешь.

Михаил направился к летчикам, но войти к ним не успел. В дверь постучали. Пилоты стука не услышали, и Михаил, прежде чем открыть дверь, метнулся к иллюминатору.

— Ничего себе! — встревоженно воскликнул он и даже присвистнул.

— Что там такое? — нахмурился Савелий.

— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — хмыкнул Михаил.

Савелий подошел к иллюминатору. Удивляться действительно было чему: от трапа и до бронированного автомобиля для инкассаторов с обеих сторон выстроились автоматчики, чуть поодаль стоял «воронок». Судя по пятнистой форме и маскам, это были ребята Богомолова. Савелий махнул афганцам» рукой, чтобы не шумели, а сам подошел к двери.

— Надеюсь, «воронок» не за нами? — съехидничал вслед ему Михаил.

— Посмотрим! — откликнулся тот и тут же сымитировал популярного актера. — Кто стучится в дверь моя?

— Открывай, «крестник»! — раздалось за дверью. — Генерал Говоров!

Савелий обернулся к ребятам и вскинул большой палец кверху:

— Отбой, братишки, свои!

Порфирий Сергеевич растрогался до слез. Они с Савелием крепко обнялись и несколько минут стояли молча, не в силах вымолвить ни слова.

— Как ты, «крестник»? Натерпелся? — выдохнул наконец старый генерал.

— Хлопот хватило, — с улыбкой откликнулся Савелий.