Ростику это понравилось. Так он чувствовал себя спокойнее. Поэтому, не чинясь, он стал рассказывать, что и как с ними происходило за последнюю неделю. К тому же и дорожка уже была накатанной, ведь только сегодня он докладывал Рымолову.

Перегуда покрутил головой, рассказ ему явно понравился.

– Да, вам этот шар нужнее остальных. Теперь-то блуждать не придется. Его будет заметно… за сто двадцать километров. За сто без бинокля – увидите точно.

– Кстати, о бинокле… – Квадратный с заметным волнением повернулся к Ростику.

– Не взяли его волосатики, я первым делом проверил, – отозвался Рост.

– Тяжко, когда у нас только один такой прибор, – проговорил Перегуда задумчиво. – Вот появится время, непременно научу десяток девчонок шлифовать линзы, чтобы…

Они помолчали. Квадратный, решившись, спросил:

– А сигналы какие-нибудь с помощью этого шара передавать можно?

– Мы разработали систему кодов.

– Азбука Морзе? – спросил с надеждой Квадратный.

– Вроде того. В обычное время вокруг шара будет двигаться затемняющая его квадратная штора, подобно тому, как ночные облака ходят над Полдневьем. Только они гуляют над внутренней поверхностью, где мы живем, а наша будет кататься по внешней. Мы рассчитываем, она позволит нам использовать и простые сигналы.

– Если она должна просто крутиться, то посигналить не очень-то получится, – усмехнулся Квадратный.

– Штора-то будет не сплошной. Ее поверхность будет составлена по принципу поворотных жалюзи. И каждое из этих крылышек можно будет синхронно отдергивать, если нажимать один рычаг.

– Громоздкая штука получится, – сказал Ростик.

– Не очень, мы уже прикинули. Если использовать крашеные алюминиевые профили, один человек вполне справится.

– Получится вроде морского семафора, – обрадовался, осознав общий принцип, старшина.