Влюбился он сразу. Ее родичи не проявляли по отношению к нему никакой враждебности, но и погостить подольше тоже не приглашали. Зато сама девушка хотела, чтобы он остался. Позже она объявила своим, что никогда не выйдет замуж ни за кого, кроме Брэннога. "Я никогда не смогу покинуть Замерзшую Тропу, - сказала она ему. - Если хочешь меня в жены, оставайся". Конечно, он пытался спорить, но любовь его была так сильна, что возобладала даже над чувством долга перед родной деревней. Он женился и остался, скрывая, чего это ему стоило, но его жена прекрасно все понимала и еще больше любила за принесенную жертву.

Цепь, приковавшая его к Замерзшей Тропе, стала еще крепче с рождением Сайсифер, и в течение нескольких лет он чувствовал себя в компании молчаливых жителей деревушки вполне уютно. Он рыбачил вместе с ними, никогда не отходя далеко от берега. Новые товарищи восхищались его силой и ловкостью прирожденного рыбака, а он радовался и смеялся вместе с ними. И все же их скрытность не давала ему покоя, он подозревал, что в его отсутствие они ведут себя совсем по-другому. Его жена тоже участвовала в тайной жизни Замерзшей Тропы, но никогда не делилась с ним своими секретами. Он так и не смог прикоснуться к этой стороне деревенского бытия, хотя сам с тайным страхом постоянно ощущал ее присутствие.

Наконец жена рассказала ему, что с рождения обладает даром редким, но не уникальным. То был дар предвидения, и всю жизнь она, как могла, старалась подавить его. "Я говорю это тебе только потому, что люблю тебя", - сказала она. Сила. Это было невозможно, его разум отказывался принять услышанное. И все же ничто не могло заставить его разлюбить ее. Замерзшая Тропа, продолжала она, имеет право на ее дар. Он не верил до тех пор, пока однажды она не предсказала гибель ребенка во время схода небольшой лавины в горах. Ребенку велели впредь не ходить туда, где он обычно играл, и немного погодя на то место действительно обрушилась лавина.