Я выбрал для себя чудесную аватару — молодого Волка по имени Ри Сабир — могущественного, хорошо воспитанного молодого человека, обученного магии и обладающего телом, форму которому придали чары. Однако он умеет защищаться и закрываться и при любой возможности сопротивляется моему прямому воздействию. Пока он еще верит в то, что я — дух его покойного брата, и по крайней мере прислушивается к моим советам, но он силен и непокорен, и я не уверен в том, что, когда придет время, сумею одолеть чары… И повести его в нужную нам сторону.

Дафриль угадывал, страх в словах Сартрига, и отголоски этого чувства сотрясли его самого. Мужчины и женщины, жившие в этом новом пространстве и времени, не были целиком людьми, являя собой интересный побочный результат воздействия оружия, примененного в последней стычке его народа с Соколами. Он подозревал, что тысячу лет назад ему и его друзьям лишь немного не хватило времени, чтобы успеть воочию лицезреть первые плоды этого побочного эффекта. За протекшую тысячу лет преображенные люди — те, кого калимекканцы называли Шрамоносцами, — приобрели самые разнообразные обличья; в своей прошлой жизни он просто не мог представить себе подобных образчиков. Выбранная им для себя аватара, молодая женщина по имени Кейт Галвей, особа крепкая, молодая и знатная, имела весьма интересное свойство. Она была оборотнем, и дар сей Дафриль находил бесподобным. Она пользовалась общей симпатией, имела нужные связи в правящей верхушке Калимекки и некоторое время охотно — даже со рвением — выслушивала его советы, полагая, что имеет дело с давно почившей пра — и так далее бабушкой.

Однако в последние недели она сделалась подозрительной, — после того как познакомилась с человеком, научившим ее некоторым магическим приемам, а среди них и умению защищаться от его воздействия.

Поэтому Дафриль был вынужден подыскать дублера этой предпочтительной аватаре. Конечно, Кейт — роскошная зверушка, однако приходится считаться с возможностью того, что, когда настанет великий момент, он не сумеет до нее добраться.