– Господин полковник, я все уже подробно изложил дознавателям, твердо сказал Энрико, – Мне нечего больше добавить…

– Врет, – удовлетворенно констатировал техник, – Что-то он не договаривает…

– Что же вы скрываете от нас, сержант? – задумчиво поинтересовался контрразведчик и открыл золотой портсигар.

«В таком роскошном портсигаре – и такие дрянные сигареты…» – почему-то подумалось Энрико.

– Он раздражен, – сказал техник.

– Это я и так вижу, – произнес полковник, – Вы бы поумерили свою гордыню, сержант. Тем более, что вы уже не сержант штурмовой бригады «Лос-Командорс», чем, конечно же, следовало в свое время гордиться… М-да…

– Меня что, разжаловали? – поник Энрико. Странно, что в такой момент его все еще интересовало собственное доброе имя.

– Вовсе нет. Дело в том, что вашей бригады попросту больше не существует. Ее расформировали.

– Как?! – поразился Энрико, – Это же гордость ударных сил Директории…

– Какая к черту, гордость?! – заорал полковник, подавшись вперед, и в лицо допрашиваемому полетели брызги слюны. – Это самый страшный позор! Небывалый позор! Как если бы вашу бригаду просто поимели во сне красноносые клоуны!

Краска бросилась в лицо Энрико. Он сжал кулаки.

– Не кипятись, сержант, – сказал вдруг совершенно спокойным голосом полковник, – Это Старик приказал. Очень уж расстроился он.

Энрико остолбенел. Ну, если сам Железный Капрал приказал. Тут даже думать больше не о чем. Только вот душу наполнила какая-то пронзительная леденящая пустота…

– Итак, сержант, давайте рассмотрим следующие обстоятельства, – продолжил Аугусто, барабаня пальцами по толстой папке, лежащей на столе перед ним. – Вначале вы самым счастливым образом избегаете смерти в этом чертовом цирке. А ведь вы должны были быть там, вместе с лучшими своими друзьями. Как их…

Полковник раскрыл папку.

– Вот: Хосе и Рафаэль. Ну, просто не разлей вода, какие друзья-товарищи! Данные статистики показывают, что за последний год ни разу, повторяю – ни разу – вы не присутствовали на совместных армейских вечеринках порознь. То есть, всегда – только втроем. Либо втроем же и игнорировали подобные мероприятия. Странно, что именно в этот день стройный статистический ряд был нарушен, не правда ли?