Он показал.

– А что, ты тоже… Из этих? – спросил Тони.

– Дурак ты, – мягко ответил Роджер. – Забыл? Это же материалы спецкурса…

– А… – ухмыльнулся Тони. – Ну и память у тебя. Я больше предпочитал физподготовку…

– Потому ты до сих пор сержант и второй номер, – заметил Тико. – Молодец, Роджер.

В кабинет быстро вошел референт с большой охапкой фотографий.

– Вот, – сказал он, – резидентура прислала, наконец, фотографии военных баз сепаратистов. Так что теперь у вас будет гораздо меньше проблем…

Пачка фотографий хлестко шлепнулась и перед Роджером.

– Ну, что ж. Посмотрим, что тут у на… – сказал он и осекся на полуслове.

Первая же фотография резанула взгляд чем-то знакомым, вызывающим тучу ассоциаций и заставляющем замереть и лихорадочно задуматься над увиденным.

– Черт… – сказал себе Роджер. – Что это?

На снимке была городская площадь, плотно уставленная военной техникой. Похоже было на мобильную группировку противокосмической обороны. Такие могут по тревоге, за несколько секунд сорваться с места и умчаться прочь оттуда, куда несколько позже может заявиться неприятель с намерением разобраться на месте.

Ну, и что тут такого необычного? Вот она, группировка, а неприятель в лице Роджера и его товарищей, наплевав на ее мобильность, придет и совершенно спокойно выведет ее из строя. Когда настанет для того время.

Но что же заставляет биться сердце и кусать до крови губы?

И тут он понял.

Над одной из бронированных машин, на длинной, словно тараканий ус, антенне, реял легкомысленный желтый флаг с бубенцами.

Роджер принялся лихорадочно рыться в куче фотографий. Вот он, тот же флаг, только более крупным планом.

Никаких сомнений – это тот самый! Тот самый дурацкий флаг с шеста над проклятым цирковым шатром! Флаг, что исчез на следующий день после расстрела его друзей. Неужели он нашел…

Нашел ее?

Сколько он не перебирал фотографии, знакомого лица так и не увидел. Роджер даже тихо зарычал от бессилия.