— Все, товарищ полковник, дальше придется пешком. Здесь рядом.

Бронетранспортеры стояли вплотную друг к другу и невозможно было найти щель, чтобы протиснуться между ними. Один из бронетранспортеров отъехал, пропустил полковника и лейтенанта, а затем вновь встал на свое место.

«Умело перекрыли улицу», — подумал Мишутин.

— Первыми их наши «гаишники» зацепили. «Они» не соблюдали элементарных правил безопасности движения. Машина иностранного производства, без номера, на знаки не реагирует. Сообщили нам, ну, а мы сразу же догадались, что за «господа иностранцы» к нам пожаловали. Начали следить. Один из пассажиров вылез здесь, а второй устроил гонки по всему городу с нашими машинами, не вписался в поворот и свалился в канал Грибоедова. Сейчас там ведутся поиски машины. Тут мы оцепили весь район и эвакуировали жителей, сказали, что нашли неразорвавшуюся со времени войны бомбу. Вот здесь, товарищ полковник.

На пустынней улице перед большими в стиле рококо воротами стояло три десятка человек в гражданской одежде. Большинство из них было с автоматами или снайперскими винтовками.

От этой живописной группы отделились несколько человек и направились навстречу Мишутину. Один из них, с пистолетом в руке, представился:

— Подполковник Лаздыньш, руковожу операцией по захвату «инопланетянина».Полковник Мишутин строго посмотрел сначала на него, а затем на его пистолет и сказал:

— Первое. Он нам нужен живым, и поэтому уберите пистолет и предупредите своих людей, чтобы они ни в коем случае не применяли оружия. Второе. Кто вам сказал, что это инопланетянин?

— Да это мы так, между собой называем.

— Где он?

— Вот в том особняке, в глубине двора.

— Что это за плачущая женщина?

— Дочь профессора Николова. У нее там ребенок остался. Она пошла в магазин…

— Что, кроме этого ребенка никого больше в доме нет?