– Выяснилось, – сказал Дзюба, – что экспресс не может следовать напрямик: на пути временный деревянный мост заменяется новым, капитальным. Придется спускаться на закарпатскую равнину кружной дорогой, через Татарувский и Яблоницкий перевалы, а дальше автобусами пробираться вдоль Тиссы. Какая досада! – Дзюба щелкнул пальцами. – Еще чуть ли не двое суток дороги, а мне завтра – понимаешь, завтра, надо быть дома! Эх, если б машина – часа через четыре были бы уже по ту сторону Карпат!
– С приездом, Стефан Янович!
Дзюба с удивлением обернулся. Перед ним стоял высокий черноусый человек в помятой замасленной шляпе, в кожаном шоферском пальто, в кожаных перчатках и с теплым шарфом, обмотанным вокруг шеи.
– Вот это сюрприз! – радостно воскликнул Дзюба. – За мной?
– Как видите. – Шофер улыбнулся из-под прокуренных усов, показывая металлические зубы. – Правление артели ждет вас не дождется!
– Прекрасно! Поехали! – Дзюба круто повернулся к Белограю: – А ты, сынок?… Если желаешь перемахнуть Карпаты на машине, то и для тебя найдется место.
– С удовольствием! Какой дурак откажется от такой поездки! Одну минуту подождите, пожалуйста, я сейчас вернусь.
Иван Белограй вскочил в свой вагон. Взяв чемодан, он зашел в соседнее купе:
– До свиданья, Вера Гавриловна! Желаю счастливой дороги. На обратном пути заезжайте в гости. Я собираюсь пустить корни в Закарпатье.
Он смущенно улыбнулся, достал записную книжку, что-то написал в ней и, вырвав страничку, протянул женщине:
– Ищите по адресу: колхоз «Заря над Тиссой», Гоголевская, девяносто два, Терезия Симак. Любую справку получите у этой дивчины.
Вера Гавриловна нежно и грустно посмотрела на ровесника своих сыновей:
– Что ж, сынок, может быть и заеду.
3
На ярко освещенной площади львовского вокзала, у чугунной ограды сквера стоял неказистый с виду трофейный грузовик, принадлежавший яворской артели по производству стильной мебели. Просторная кабина «мерседеса» легко вместила троих. Черноусый, в кожаном пальто человек, механик Скибан, как его называл Дзюба, сел за руль. Белограя пригласили занять место посередине. Справа, по-хозяйски, разместился Дзюба. Он с наслаждением вытянул ноги, подобрал под себя пальто и улыбнулся глазами из-под толстых стекол роговых очков: