- Ну что ж ты замолчал? ...и горше муки не будет во веки веков... Продолжай уже, раз начал.

Причиной веселья юноши оказывалось не только и не столько природная взбалмошность, сколько то, что его молочный брат Тим - сын той самой медведицы - оказался совсем рядом и уже прибыл на неслышный зов, бесшумно переваливаясь на сильных мягких лапах. И из кустов позади всадника уже высовывалась его любопытная и хитрая морда. Уж что-что, а Айлекс здраво оценивал свои силы.

Да, лучшего следопыта во всём Семигорье не сыскать, и старый граф не без основания гордился внуком. Да, дядюшка Роджер и старый Заник на совесть выучили молодого бастарда махать железом. Хоть он уже добыл уши почти полусотни орков и даже дважды участвовал в битве мечей, когда Эверарды повздорили с соседями, но пеший против конного - это, знаете ли, надо быть совсем уж лихой головушкой.

Вообще, последнее время Айлекс всё чаще стал побеждать в рукопашной борьбе изрядно постаревших молочных братьев - век медведей короче, нежели у нас, людей. Но готовый к бою паладин Церкви, это более чем серьёзно.

Он шагнул ближе. Насторожившийся всадник просто нюхом чуял опасность - одной рукой он тут же ухватился за поводья, а другой потянул из ножен притороченный к седлу длинный меч. Он ещё успел заметить, как сбоку мелькнула тень...

Правду, ох правду говорят, что медведь ударом лапы ломает хребет лошади. Правда, тут был боевой конь, но роли это не играет. Жалобно всхрапнув, белый жеребец с хряском сложился пополам. А паладин от почти мягкого тычка Тима кубарем вылетел из седла - медведь не такой глупый, чтобы со всей дури лупить по доспехам. Ведь в железе могут застрять когти!

Пока огорошенный и вмятый в землю уже не всадник, а так... промаргивался ошеломлённо и пытался встать, Тим приветливо махнул Айлексу лобастой башкой и, отчаянно косолапя, уковылял обратно в заросли - так что паладин даже не успел ничего понять.