В голосе ее было что-то такое, что заставило меня вспомнить о том чувстве щемящей жалости, которое я уже испытал, разговаривая с ней.

— У меня припрятано несколько банок пива для Сэма. Тебе принести?

— Только не пиво, — сморщила она носик. — Может быть, есть что-нибудь другое?

— У Сэма в шкафу я как-то видел бутылку контрабандного «Старого Оверкольта», а содовая и лед есть в холодильнике.

— Вот это как раз то, что нужно! — обрадовалась она.

Я отпер стойку, достал содовую и лед. Бок о бок мы вышли в ночь из казино. Во многих коттеджах уже погасили свет, и в подступившей со всех сторон темноте Сил доверчиво прильнула ко мне.

— Держись за мою руку, Сил, здесь я могу пройти с закрытыми глазами!

Она еще теснее прижалась ко мне, и от ее близости я совсем ошалел — так что чуть не споткнулся о тысячу раз знакомую ступеньку. Когда наконец мы добрались до коттеджа и вошли в комнату, я чувствовал, что у меня пылает лицо. Заметив смех в ее глазах, я еще больше смутился и застыл посреди комнаты под электрической лампочкой как истукан.

— Дэнни, я хочу пить, — вывела она меня из оцепенения.

Я поспешно бросился к шкафчику Сэма и достал бутылку.

Мы сидели на крыльце коттеджа, прислушиваясь к таинственным шорохам летней ночи. Она не спеша потягивала третью, а может быть и четвертую, порцию виски, когда резкий телефонный звонок в доме нарушил окружавшую нас благодать. Как ужаленный я бросился к телефону и схватил трубку. Она со стаканом в руке неторопливо прошла за мной и села на край стола.

— Это ты, малыш?

— Да, Сэм, слушаю.

— Я не смогу добраться до вас сегодня.

— Но, Сэм… — запротестовал я.

В трубке послышался близкий женский смех. Сил вся подобралась и затаила дыхание. Как я ни прижимал наушник к уху, бас Сэма разносился по всей комнате.

— Передай этому парню, — продолжал Сэм, тщательно подбирая слова, — ну, парню, который меня ждет, что я тут застрял по неотложным делам и буду завтра утром не позднее ленча. Тогда и подпишем нашу сделку. Ты все понял?