— Вы смотрите на него, мистер Спок, — промолвил Кочрейн.

— Вы сказали, что ваш Компаньон нашел вас и омолодил. Что вы делали в космосе в возрасте восьмидесяти семи лет?

— Я устал, капитан. Я умирал. И я хотел умереть в космосе. Вот и все.

Мак-Кой повернулся к мисс Хедфорд, ее глаза были теперь закрыты. Он ощупал ее лоб, затем провел обследование. Он был явно обеспокоен результатами.

— Эти приспособления, — сказал Спок, — они все принадлежат тому времени, которое вы указываете. Они с вашего корабля, мистер Кочрейн?

— Я разобрал его. Остальное — пища, вода, огород, все, что мне нужно — мне дает Компаньон. Очевидно, он производит все это из каких-то местных элементов.

— Если вы можете связаться с ним, — сказал Кирк, — возможно, вы сможете выяснить, что мы здесь делаем.

— Я и так знаю.

— Может быть, вы нам скажете?

— Вам это не понравится.

— Нам это уже не нравится.

— Вы здесь, чтобы составить мне компанию, — сказал Кочрейн. — Я всегда был довольно одиноким человеком. Провел годы в космосе один. Но сто пятьдесят лет — это очень много, Кирк. Слишком много. В конце концов, я сказал Компаньону, что я умру без других людей. Я думал, что он отпустит меня, как-нибудь пошлет меня обратно. Вместо этого он вышел и, очевидно, принес назад первых людей, которые ему попались.

— Нет! — слабо вскрикнула мисс Хедфорд. — Это отвратительно! Мы же не животные!

Она начала всхлипывать. Мак-Кой с помощью Кирка поднял ее и положил на кушетку, где Мак-Кой сделал ей укол. Постепенно ее всхлипывания затихли.

— Плохо, — сказал Мак-Кой, — очень плохо.

— И вы ничего не можете сделать?

— Только поддерживать ее в спокойном состоянии. Сдерживать развитие вторичных инфекций. Но скорость изнашивания ее красных кровяных телец очень велика. И я не могу приостановить его. Кирк повернулся к Споку.

— Мистер Спок, в следующий раз, когда это существо появится, постарайтесь снять данные трикодера. Найдите нам оружие, которое можно использовать против этой твари.