Когда исчезла "z", Карлсена охватило такое торжество, что захотелось крикнуть Линду. Сдержавшись, он написал: "Игривая лиса перескочила ленивого пса" и строчку удалил с такой легкостью, будто нажал клавишу "Delete". Хотя при этом опять приходилось начинать с последней буквы и строчка ползла влево, поскольку удаление начиналось с противоположного конца. Явно что-то не то, по-другому надо.

- Вы уж извините... - раздался голос Линды Мирелли.

От неожиданности Карлсен вздрогнул: он даже не слышал, как она открыла дверь, настолько поглощен был занятием.

- Извините, что отвлекаю, только на экране у меня что-то такое творится...

- Что именно?

- Слова пропадают и пропадают.

Карлсен следом за Линдой прошел в ее кабинет. Сев на стул, она указала на экран. Через ее плечо, он прочел: "Дорогая миссис Голдблатт будет с 23 сентября по 10 октября в отпуске, и д-р Карлсен был бы признателен..."

- На самом деле надо: "Ставим Вас в известность, что Доктор будет с такого-то по такое в отпуске... "

Карлсен сосредоточился на "н" - последнем в слове "признателен" - и цепко вгляделся, мгновенно чередуя сосредоточенность и расслабление.

- Вот видите, опять пошло-поехало!

- Прошу прощения, это я сделал, - признался Карлсен.

- Вы?

- Похоже, раскусил фокус: стираю теперь буквы. Только не пойму, почему срабатывает на вашем, процессоре. Не может же он улавливать мои волны из соседней комнаты?

- Да нет, откуда. Человек сказал, у него мощность всего ничего.

Карлсен качнул головой.

- Тогда почему на вашу машину действует? Как-то, может, закольцевались...

- Понятия не имею, как.

- А ну давайте-ка ваш аппарат ко мне в кабинет. Процессор с кисейнотонким экраном весил легче дамской сумочки. Линда, подхватив, внесла его к Карлсену, в кабинет и поставила рядом с его процессором.