
— Не стой тут как вкопанный, — тихо говорит Цезарь 3, — у тебя есть работа. Можешь приступать. Цезарь придет с проверкой в конце дня. До свидания.
Он выходит, ни на кого не глядя.
Я оборачиваюсь и смотрю на новичка.
— Привет, Красс. Послушай моего доброго совета: в любой незнакомой тебе ситуации сразу замри. Стой неподвижно и не раскрывай рта. Дождись моих объяснений. Даже если ты уверен, что все понял, не торопись. Сначала смотри, как делаю я, и повторяй за мной, даже если тебе это покажется странным… Поначалу тебе все здесь будет казаться странным. После станет естественным, и ты больше не будешь об этом думать. Запомни: тебе повезло, что ты здесь.
Мы спим в тепле на чистых простынях и едим досыта. Еще можно читать и играть.
— Как тебя зовут?
— Разве я не сказал? Я — Мето. Пошли, начнем со спальни. Сегодня я весь день буду рассказывать тебе обо всем подряд. Если что-то будет непонятно, не бойся, переспрашивай, я повторю.
Мы идем по пустынным коридорам. Красс то и дело запахивает на груди пальто, словно ему холодно. Я продолжаю:
— Сегодня двадцать девятое. Нечетное число, день уколов. Мы должны быть в санчасти к десяти часам. Ты должен понять главное: расписание здесь очень строгое.
— Строгое??
— Это значит, что его нужно соблюдать неукоснительно и никогда не опаздывать, иначе…
— Иначе?
— Могут быть неприятности. Но если ты будешь внимательным, все будет в порядке.
Я толкаю дверь в спальню и беру Красса за руку, которую он не вырывает, хотя мой жест кажется ему странным.
— Самое главное — не трогай кровати. Прочти, что написано вон там, на стене.
Он поворачивается и смотрит на меня с удивлением.
— Давай читай. Ты не умеешь читать?
— Не умею.
— Ну тогда слушай: «Спальня предназначена исключительно для отдыха». Ты понял? Здесь никто не будет с тобой играть, никто не будет за тобой гоняться в салочки. Тут никто не прячется, не дерется, даже подушками. В этой комнате мебель очень ценная, особенно кровати. Они крайне хрупкие. Одно неловкое движение может привести к поломке какой-нибудь перегородки, а сломанная кровать — это изгнание.
