Не исключено, что за пределами солнечной системы кто-то из них столкнулся с инопланетянами, которые сделали его своим сознательным или бессознательным шпионом, диверсантом или просто наблюдателем. Принятие такой гипотезы объясняло назначение сигналов: они были информацией для этого человека, либо импульсами "дистанционного управления" его сознанием. Гипотеза была немного натянутой, поэтому нельзя было слишком развивать следующие из нее выводы. Положение источника сигналов и роль таинственного вмешательства в земные дела, каковым являлся гипотетический получатель сигналов, были отложены для последующего выяснения. Пока же требовалось узнать, что происходит в заведении, и выяснить, может кто-то из пациентов ведет себя подозрительно...

Это и было причиной моего появления на острове. Моя миссия, секретная до такой степени, что кроме меня о ней знали только трое, имела целью обнаружение этого человека. Благодаря тому, что я только-только вернулся из межзвездной экспедиции, я мог попасть сюда не возбуждая подозрений, как обычный пациент. Естественно, с подредактированной писихиатрами Космеда историей болезни.

"Кто из пациентов ведет себя подозрительно" - хороший вопрос! Найти такого среди людей с разной степени нарушениями психики почти безнадежно...

Главным условием успеха моей миссии, была осторожность. Никто не должен догадаться, что существование таинственных сигналов перестало быть тайной отправителей и получателя. Основной трудностью было требование осторожного извлечения информации. После неожиданных слов собеседника, которые, на первый взгляд, точно соответствовали делу, занимающему мои мысли, не выдать удивления было совсем не просто.

Несмотря на внешнее впечатление, Асвитц не заснул. Через минуту он открыл глаза.

-Да-а... - протянул он. - У меня есть личные причины интересоваться сигналами из космоса.

- Какие же? - спросил я небрежно.

- О, это долгая история, - сказал он мечтательно, прикрыл глаза и удобно расположился в своей коляске.