«Укачало», – решил Артур. Оторвавшись от очередного кроссворда, он прикрыл глаза. Стало еще хуже, ко всему вдобавок, в вагоне стояла невыносимая духота. «Доеду до Краснопресненской и выйду» – подумал Артур, борясь с накатывающими приступами дурноты. По ноздрям резанул отвратительный кислый запах, и Артур, невольно поморщившись, огляделся в поисках влезшего в вагон бомжа. Ничего похожего. Напротив пацан с бутылкой пива, полностью погруженный в созерцание метаморфоз организма под воздействием алкоголя, дальше пара девчонок и тетки с маленькими детективчиками в руках. И все. «Сейчас же выйду, – подумал Артур, – посижу на скамейке, очухаюсь, потом на Баррикадную…» Но, удушающая, полуобморочная дурнота вдавила в кожаный диванчик с такой силой, словно Артур сидел не в вагоне метро, а на центрифуге. «Сейчас меня вырвет…» – с отчаянием подумал он.

Внезапно картинка перед глазами принялась раскручиваться в противоположную сторону, будто отматывая назад бесконечные круги поезда по кольцевой линии. Раздался звук, похожий на лопнувшую струну контрабаса, на обезумевшую картинку вагона наслоились какие-то мутные видения… На мгновение, один эпизод, яркий, отвратительно скользкий, вырвался из общего хаоса и замер перед глазами Артура, демонстрируя себя со всех сторон.

Артуру казалось, что он вскочил и побежал к дверям вагона, но двери приближались слишком медленно…

Буквально вывалившись на платформу, он, шатаясь, побрел к эскалатору, натыкаясь на людей. «Каперсы, каперсы, каперсы… каперсы», – мысленно повторял Артур, карабкаясь вверх по движущимся ступенькам. Ему почему-то казалось очень важным держаться именно за это слово, и тогда он выберется из метро, обязательно выберется на свежий воздух…

Солнце хлестнуло по глазам, ударило под дых, Артур согнулся над каменной урной, и его вырвало. Сразу стало легче. Заметив, что он все еще сжимает в руке книжечку кроссвордов, Артур выдернул пару станиц, вытер рот и швырнул бумагу в урну. Радуясь, что поблизости не оказалось ментов, Артур побрел к палатке за минеральной водой.