Кто- то подошел к Ирке и остановился рядом с ее стулом. Ирка увидела загадочную валькирию лунного копья Ламину. Темноволосая, раскосая, с широкими несимметричными скулами, с несколькими небольшими, неясного происхождения рытвинами на лице (ожоги, оспинки, следы сошедших прыщей?) Ламипа напоминала диск луны в то тревожащее полнолуние, когда умные матери завешивают окно шторами.

Ламина стояла и смотрела на Ирку. Смотрела не враждебно, но настолько непонятно, что Ирка забеспокоилась. Валькирия лунного копья была единственной, в чьем отношении к себе Ирка пока не определилась.

Ирка не склонна была к самообману и трезво осознавала, что среди валькирий у нее есть противники - Филомена, Таамаг, Радулга и союзники - Бэтла, Гелата, отчасти Фулона. Кроме того, существуют нейтралы: Ильга, Хола, возможно, Хаара. Хаару Ирка перенесла в нейтралы только что, приглядевшись к ней. Прежде она числила ее в противниках. И, надо признать, переложив эту карточку из одного ментального ящика в другой, она испытала облегчение.

И только в одной Ламине Ирка до сих пор не разобралась. Кто она - нейтрал, враг, друг? Ламина надежно ускользала от классификации, как ускользает от нее луна. Какая она? Круглая, половинчатая, узкий серп? И что скрывается там, с другой, всегда темной ее стороны?

– Вечер добрый, одиночка! - произнесла Ламина, нарушив молчание.

В руке она держала пустой бокал и задумчиво водила по стеклу влажным пальцем, вслушиваясь в возникающий звук.

– Добрый вечер! - поздоровалась Ирка, ловя себя на том, что голос у нее прозвучал испуганно.

– И как тебе здесь? Не разочаровалась? Ты представляла нас несколько не такими, не так ли?… Небось ожидала увидеть у всех голубиные крылышки? - поинтересовалась Ламипа.