Даф взяла куриный окорочок и почти откусила от него, когда перед ее глазами мелькнула когтистая лапа. В следующий миг окорочок попросту исчез.

– Опаньки! Кому-то не хватило вороны! Это уже наглость, молодой человек! Еще большая наглость будет, если кости от этой курицы обнаружатся потом у меня в волосах, – сказала Дафна.

Они заняли скамейку. Пока Даф расправлялась с картошкой, окуная ее в кетчуп, Эссиорх подкатил мотоцикл и поставил рядом. Даф на всякий случай отодвинулась. Она опасалась, что мотоцикл сорвется с подставки и отдавит ей ногу. Учитывая общую неудачливость ее хранителя, это был более чем вероятный исход.

– По-моему, ты чаще сам катаешь свой мотоцикл, чем он катает тебя, – заметила Даф.

– Неправда! – возмутился Эссиорх. – У нас с ним договоренность. Он глохнет строго на светофоре. Но довольно послушно заводится, когда потом его разгоняешь.

– А твой мотоцикл – он тоже неудачливый мотоцикл? Или ты его банально угнал?

– Обижаешь, – сказал Эссиорх, негодуя. – Сегодня вечером на этом мотоцикле должны были увезти чужую жену. А еще два дня спустя его должны были угнать, ограбить обменный пункт и утопить мотоцикл в болоте за городом. Какой вандализм! Какое жестокое обращение с мотоциклами!

– Но теперь, конечно, всего этого не случится. Ты опять сделал доброе дело, не так ли? – поинтересовалась Даф.

Эссиорх закашлялся. Было похоже, что вопрос ему не слишком понравился..

– Кх-кхх… Ну как тебе сказать… – промычал он.

– Так и скажи, как есть.

– Э-э… ну… Вообще-то, если честно, реальность изменится мало. Обменник ограбят на «Жигулях» пятой модели, а чужую жену увезут на метро. Причем за карточку на проезд она заплатит сама.

– Но мотоцикл в болоте не утопят?

– Разумеется, нет. Пусть только попытаются! – произнес Эссиорх с вызовом.