Он вышел победителем из схватки с алкоголем. Всего месяц понадобилось ему на то, чтобы вынырнуть из сладких паров отравы – еще более злым, холодным и расчетливым. И когда один из старых знакомых городских приставов попросил помочь скрутить помешавшегося от очередного эксперимента главу Ордена Масок, Верден знал, что нужно делать. Он попросил гонорар.

Это было его первым частным делом. В последующие пять лет его часто просили помочь в том или ином сложном деле. Он помогал Гражданскому Ордену при облавах. Консультировал военных магов насчет магических ловушек Пустоши. Тихо разыскивал воров-неудачников, стащивших артефакт у очень уважаемого мага. Или у не очень уважаемого. И даже у совсем неуважаемого, что было лучше всего – такие платили вдвойне.

Через пять лет он приобрел иную славу. Уже никто не считал его скандалистом и глупым магом, погубившим свою карьеру. Теперь его боялись. Или ненавидели. Некоторые – уважали. А то и все разом. Верден давно уже мог позволить купить себе одну из башен в центре Малефикума, но продолжал жить в крохотном доме на окраине. Ему все еще были нужны деньги. Он знал, на что их потратить – понял в тот самый миг, когда сделал последний глоток вина. Именно тогда он понял, что должен уйти на Запад.

В последний десяток лет идея обследования дальних островов будоражила весь город. Совет вкладывал в путешествия кораблей огромные деньги – и не зря. Малефикум, стоявший на берегу океана, нуждался в новых землях. Снизу его подпирали границы Магиструма. А выход к равнинам перекрывал город-государство механиков, с которыми нельзя было ни о чем договориться, потому как и по сей день Малефикум и Механикум разделяла огромная, выжженная войной территория, прозванная Пустошью. Война между магами и инженерами случилась две сотни лет назад, но воспоминания о ней были свежи у обеих сторон. Схватка магии и технологии окончилась разрушением сотен миль леса и равнин, навсегда ставших непригодными для обоих государств.