Здесь ждали его товарищи по побегу. Мольнех в настороженной позе восседал на их багаже, сжимая в руках стальную дубинку. Тощий, как скелет, фокусник приспособился к путешествию гораздо лучше, чем остальные фараонцы, испытывающие ужасные страдания.

Мольнех опустил дубинку, которую он недавно увел у потерявшего бдительность фанатика.

— Какие новости, Руиз Ав? — весело поинтересовался фокусник.

— Да, что нового? ^пробурчал толстяк Дольмаэро, бывший на Фараоне старшиной гильдии. Его широкая физиономия побледнела и покрылась потом. Бедняга ужасно мучился от морской болезни и потому изрядно потерял в весе с тех пор, как они покинули Моревейник. — Мы уже приближаемся к цели? Иногда мне кажется, что даже встреча с каннибалами предпочтительней этой мерзкой болтанки.

Страдалец поднялся на ноги и устало потер затекшую спину.

— Еще нет, — ответил Руиз. — Я бы на твоем месте не так торопился познакомиться с людоедами.

Предводитель очень беспокоился за Дольмаэро. Они вместе пережили немало опасностей с тех пор, как убежали от Кореаны, промышлявшей контрабандой живого товара. За это время бывший агент очень привязался к старшине гильдии.

Низа молча сидела в темном углу. Руиз нерешительно улыбнулся, но она никак не отреагировала на его улыбку. Он отвернулся. Девушка разительно переменилась, и это мучило и беспокоило Руиза. Не так давно они были любовниками, и проведенные вместе минуты стали едва ли самыми лучшими в жизни бывшего агента. Теперь же наемник и принцесса сделались просто товарищами по несчастью, которых слепая судьба нечаянно свела вместе.

В Моревейнике Кореане удалось снова схватить фараонцев, а Руиз Ав не смог этого предотвратить. Низа, очевидно, уверилась, что именно он повинен во всех несчастьях, которые выпали на ее долю. С тех пор как предводитель вызволил их из подземной тюрьмы, она ни разу не поинтересовалась, что же произошло на самом деле, а он ничего не объяснял, боясь, что девушка просто откажется слушать.