Бывший агент прокладывал дорогу сквозь толпу Жертвующих, которые в ужасе метались по палубе. Он успел мельком подумать о странностях, присущих человеческим существам. Все эти люди стремились на бойни Лезвий Нампа, чтобы радостно встретить смерть от рук каннибалов, и в то же время панически боялись утонуть. Руизу казалось, что гибель в морской пучине — отнюдь не худший вариант по сравнению с тем, что их ожидало, если им суждено благополучно достигнуть цели.

На верхней палубе качка казалась особенно сильной. Руиз крепко ухватился за поручни, чтобы взглянуть на темно-серую воду. Ветер переменился. Теперь он дул со стороны суши. К губам прилипал песок, принесенный из пустынь Нампа. Смеркалось, поэтому определить высоту волн было трудно, но тонкие длинные языки пены вздымались высоко над кораблем.

Старушке «Лоракке» такая погода пришлась явно не по вкусу. Она переваливалась с боку на бок, жалобно постанывая от напряжения. Руиз нахмурился и протер глаза. Интересно, долго ли продержится видавшее виды суденышко. Очевидно, желающих отправиться в путь на столь ненадежном корабле становилось все меньше и меньше, поэтому владельцы и согласились принять на борт толпу религиозных фанатиков. Нельзя сказать, чтобы подобные мысли способствовали улучшению настроения.

Пока что моторы баржи стучали довольно ровно, но страшно подумать, что произойдет, если они откажут и «Лоракка» окажется во власти ветра и волн.

Небо приобрело оттенок нездоровой бледности и словно покрылось синяками. Погода значительно ухудшилась даже с того момента, как он появился на палубе. Бывшего агента охватила знакомая ярость. В который раз с момента начала операции на Сууке Руиз Ав оказался во власти сил, повлиять на которые не было ни малейшей возможности.

В ярко освещенной рулевой рубке он заметил Гундреда. Второй помощник метался между компьютером и навигационными картами, а его лицо, обычно веселое, выглядело мрачным и измученным.