С этими словами он снял с металлического плеча сумку и принялся вытаскивать из неё бесконечную красную ленту, по виду шёлковую, но отливавшую странным металлическим блеском. Когда примерно четверть мили ленты легло на пол, из сумки появился прозрачный хоккейный шлем. По бокам шлема блестели два красно-зелёных камня.

– Как вы видите, они ложатся прямо на темпоральные доли, – сообщил робот, указывая на камни. – Вы наденете его на голову вот так…

– Нет, не надену, – сказал Мартин, проворно отдёргивая голову, – и вы мне его не наденете, друг мой. Мне не нравится эта штука. И особенно эти две красные стекляшки. Они похожи на глаза.

– Это искусственный эклогит, – успокоил его робот. – Просто у них высокая диэлектрическая постоянная. Нужно только изменить нормальные пороги нейронных контуров памяти – и всё. Мышление базируется на памяти, как вам известно. Сила ваших ассоциаций – то есть эмоциональные индексы ваших воспоминаний – определяет ваши поступки и решения. А экологизер просто воздействует на электрическое напряжение вашего мозга так, что пороги изменяются.

– Только и всего? – подозрительно спросил Мартин.

– Ну-у… – уклончиво сказал робот. – Я не хотел об этом упоминать, но раз вы спрашиваете… Экологизер, кроме того, накладывает на ваш мозг типологическую матрицу. Но, поскольку эта матрица взята с прототипа вашего характера, она просто позволяет вам наиболее полно использовать свои потенциальные способности, как наследственные, так и приобретённые. Она заставит вас реагировать на вашу среду именно таким образом, какой обеспечит вам максимум шансов выжить.

– Мне он не обеспечит, – сказал Мартин твёрдо, – потому что на мою голову вы эту штуку не наденете.

Робот начертил растерянно поднятые брови.

– А, – начал он после паузы, – я же вам ничего не объяснил! Всё очень просто. Разве вы не хотите принять участие в весьма ценном социально-культурном эксперименте, поставленном ради блага всего человечества?