– В общем-то вы правы, Павел Никанорович. Основное предположение - я никогда не смогу себя выдавать за местного. Тут и незнание языка - мы с вами и так с трудом общаемся, я часто вас не понимаю, часто вы можете только догадываться о смысле многих словечек. Незнание реалий жизни - на любой мелочи спалюсь сходу, и смысл при таком раскладе выдавать себя за местного? Это только насторожит всех вокруг и заставит обратить самое пристальное внимание на мою скромную персону. Так что вы абсолютно правы, придется разыгрывать приезжего гостя-инженера со множеством странностей, объясняемых его заграничным воспитанием. Поэтому я буду продолжать расхаживать в своей пятнистой форме, с карабином и пистолетом, чудить, как это принято на Диком Западе в Америке, а потом, по мере того как буду 'изучать' местные обычаи, переоденусь и начну вести нормальный светский образ жизни.

За время моего монолога, граф Осташев смотрел на чашку с чаем и задумчиво играл серебряной чайной ложечкой

– В этом есть смысл. Вы в несколько иной форме выразили мои соображения. Но есть одна проблема.

– Какая?

– У вас нет никаких документов, подтверждающих личность и тем более подтверждающих факт пересечения границы.

– Я надеялся, что у вас есть возможность решить этот вопрос, поэтому и пришел к вам.

– Это не так-то легко. Вы какие языки знаете?

– Английский, но настолько слабо, что никак не смогу сойти ни за англичанина, ни за американца.

Его аж покоробило.

– И все?

Это было сказано таким тоном, что мне стало немного стыдно за свое образование. Он от возмущения бросил на стол чайную ложку, та со звоном ударилась о фарфоровый чайник и упала на пол.

– Хорошо, я подумаю.

– Это еще не все. Есть еще один момент, который бы хотел осветить.

Генерал вопросительно глянул на меня.