Свободной рукой Кащей повел вокруг, указывая на черные колы вполукруг стоящие перед дворцовыми окнами. На отдельные колы были насажены человеческие головы. Кащей с улыбка оборотился к своему верному соратнику и спросил его:

- Какой кол тебе больше глянется, верный раб? Клянусь, для тебя я готов освободить даже занятое место!

- Я не тороплюсь, мой повелитель! - задыхаясь от ужас, ответил Главный Советник.- Мне кажется, что вам более пристало любоваться головами своих врагов, нежели верных слу Кащей усмехнулся.

- Эх, Хныга,- негромко и со странной интонацией произнес он.- Что ты знаешь о моих желаниях?

8. АЛЕША ПОПОВИЧ

Поеживаясь от холода, богатырь подошел к жеребцу, потрепал его по холке, заглянул в грустные карие глаза.

- Ну, что, чалый? -спросил Попович.- В путь?

Жеребец покосился на богатыря и неожиданно отозвался, скаля крупные зубы:

- Я тут ночью все раздумывал и решил, что нам следует расстаться.

Попович замер от неожиданности. Даже ночная встреча со Смертью не произвела на него такого впечатления, как внезапно заговоривший конь.

- Что это с тобой, чалый? - недоверчиво спросил богатырь.

- Давай, богатырь, прощаться! - упрямо продолжил жеребец.- Мне своей шкурой рисковать не хочется. Ты себе вторую жизнь отмерял, а мне каково? У нас, лошадей, этой жизни-то всего двадцать пять - тридцать лет. Так на что мне тратить золотые годы - на битвы ваши? Благородная задача, нечего сказать,- конский пот под седлом проливать! Мне с жеребятами повозиться хочется, с кобылой на лугу поиграть, а ты меня в бока острыми шпорами, да до крови! Нет уж, уволь! - жеребец гордо вскинул морду.- Должно же и у нас какое-то достоинство быть. Хватит! Воюйте себе потихоньку, бейтесь на мечах,- ваше дело, коли горсткой такой в мире жить не хотите. Я-то при чем? Мне-то за что все тяготы вашей жизни сносить?

- В конце концов ты обязан...- начал растерянный Попович, но жеребец его прервал: - Чего я обязан? Это ты обязан обо мне заботиться. А ты вместо этого готов мною рискнуть, чтобы самому в живых остаться. Правильно ворон тебе говорил: а ты коня спросил? Конь ему, видите ли, не дорог! Ну, спасибо! Сколько раз я тебя из битв живым выносил, сколько раз тебя выручал, сколько врагов вот этими копытами залягал. Хватит!