Добрыня сел у окна, распахнув его настежь, меч на колени положил в ожидании.

Тяжелые шаги приблизились.

- Эй, старец! - воющим голосом произнесла Моровая Дева.- Вот я и поймала тебя, старец. Где же твоя осторожность?

Добрыня молчал.

- Видать, свеча твоя догорает у тетушки,- удовлетворенно провыла Моровая Дева.- Время твое пришло! Знаешь, старец, почему тебе умереть надо? - продолжала жуткая воительница.- Нельзя тебе с Добрыней из Киева встречаться. Обещала я Кашею Бессмертному, что сначала тебя, а потом и его к тетке в гости отправлю. Ну, прощай, старец!

В окно просунулась мохнатая рука, сжимающая пальцами красный платок. Добрыня резко вскочил, ударил по руке заготовленным мечом. Кисть, сжимающая платок, упала в горницу, а за окном раздался леденящий душу вопль. Пять отрубленных пальцев метнулись было по комнате серыми крысами, да не миновали тяжелых сапог богатыря. Красный платок зашипел, превращаясь в огромную змею с монашеским клобуком у головы. На капюшоне страшно светились глаза. Снова свистнул богатырский меч и гад, рассеченный разом на семь кусков, разметался по комнате. За окном послышался топот разбегающегося в страхе войска Моровой девы. Добрыня сел, вытирая пот с лица, потом тяжело поднялся, покидал дохлых тварей в окно, поддевая их острием меча.

Моровая Дева за окном страшно завыла: - Добрыня! Отдай мою руку, Добрыня!

- Собирай! - сказал богатырь.- Вон она под окном валяется!

В окно заглянула уродливая жуткая морда.

- Догадалась я, что ты это,- скрипнула зубами Моровая Дева.- Ну ничего! Встретимся еще, Добрыня! Ох, встретимся!

Страшное лицо Моровой Девы исчезло, а в избу шаркающе вошёл староста. Не в горнице староста сидел, в погребе отсиживался. Глянул старец на богатыря и в ужасе отпрянул от него: - Что с тобой?