Выслушал Советника и глаза заблестели.
- Муромец у нас в небесах. Отлично! Заготовь, Хныга, именной указ о награждении верного нам водяного. Не скупись! А в скобочках укажи посмертно... Попович... Ну этому из заколдованного города не выбраться. Был я там лет сто назад. Там была надпись: "Вступай смело! Назад не гляди возврата не будет!" А я вторую часть оторвал и оставил только - "Вступай смело!" Хе-хе-хе! Вот он и вступил...- Кашей довольно потер руки.- И остался у нас, Хныга, сильный, но умом недалекий Добрыня. Его мы в расчет не берем, у него на пути Лихо Одноглазое, да в засаде Вий-истребитель стоит. Их Добрыне вовек не пройти. А если и пройдет, то одного богатыря три великана и огненный Змей быстренько охомутают!
Кащей Бессмертный сладостно раздул ноздри. Представились ему горящие бревенчатые хаты и поля в кровавом зареве, вереницы рабов в колодках, покорно бредущие в полон. Увидел Бессмертный горы трофеев и дань неисчислимую, открыл глаза и ненавистно прохрипел:
- Огнем! Железами калеными выжгу! А князя Владимира,Кащей простер костлявую руку.- князя в темницу, на цепь, пусть сгниет без света и синего неба!
- Вели седлать коня, Главный Советник! - приказал он Хныге.
Хотел Советник остеречь повелителя, но глянул в его остекляневшие глаза и понял, что возражать ему сейчас, значит добровольно положить под топор палача свою мудрую голову.
Горделиво стоял Кащей в своем черном одеянии, простер руку перед собой, и тонкие губы, змеино кривясь, возглашали:
- На Русь! На Русь!
19. ДОБРЫНЯ НИКИТИЧ
Проснулся Добрыня, а стол уже накрыт и подле стола Баба-Яга хлопочет. Не знал богатырь, что все раннее утро просидела над ним Яга, раздумывая и считая, что ей выгодно: убить сонного богатыря или помощь ему оказать? Русь-то Русью, а с Кащеем шутки плохи, пошлет наемников, те предательницу вместе с хатой спалят. И может быть убила богатыря Баба-Яга, да вспомнился ей статный Муромец, представилось ей, что входит богатырь в избушку и вопрошает грозно: "Куда, Яга, друга-товарища дела?" И потому суетилась Яга, что утренние гадкие мысли ей забыть скоре хотелось.