- Хорошо, - коротко ответил женившийся на его сестре человек, недоумевая, почему барон заговорил с ним - ведь всем было известно, что Мелиадус очень ревновал Тарагорма, сумевшего добиться расположения его сестры. Тарагорм высокомерно вздернул подбородок, и его маска тяжело качнулась. Она была сделана в виде гигантских часов из бронзы, покрытой эмалью, с жемчужным циферблатом и серебряными стрелками; коробка с маятником спускалась на широкую грудь Тарагорма, сквозь голубоватое стекло виднелся качающийся золотой маятник. Часы были снабжены сложным механизмом балансировки, приспособленным к шагу Тарагорма. Они били каждые час, полчаса и четверть часа, а в полночь и в полдень исполняли первые восемь тактов "Антипатий Времени" Шеневена.

- А как поживают твои часы?, - продолжал в той же несвойственной ему дружелюбной манере Мелиадус. - По-прежнему тик-так, тик-так, а?

Тарагорму понадобилось некоторое время, чтобы понять, что его шурин пытается шутить. Он промолчал. Мелиадус откашлялся.

Из-под маски змеи донесся голос Калана:

- Лорд Тарагорм, я слышал, ты проводишь эксперименты с машиной, которая может перемещаться во времени. А я, кстати, построил двигатель...

- Брат, я хочу расспросить тебя об этих экспериментах... - перебил его Мелиадус. - Насколько они успешны?

- Достаточно успешны, брат.

- Ты уже можешь путешествовать во времени?

- Нет, для людей это пока неосуществимо.

- Так вот, мой двигатель, - тем временем бесцеремонно продолжал барон Калан, - может перемещать суда с огромной скоростью на огромные расстояния. Теперь мы сможем завоевать любую страну на Земле, как бы далеко она ни находилась...

- Когда же будет получен окончательный результат? - спросил Мелиадус, наклоняясь к Тарагорму. - Когда человек сможет путешествовать в прошлое и будущее?