королевы, Принцы и Принцессы, знатные рыцари и их дамы. По  правую  руку  от

Корума  сидела  Медбх,  по  левую  -   Гоффанон.   Рядом   с   Медбх   сидел

Джерри-а-Конель,  рядом  с  Гоффаноном  -   кузнец   Хайсак   Нагрей-Солнце,

помогавший ковать безымянный меч.

   Богатые шелка и меха, замша и шерсть, червонное  золото  и  начищенное  -

серебро, полированная сталь  и  горящая  бронза,  сапфиры  и  рубины  -  все

смешалось в этом зале. Изысканные  ароматы  смешивались  с  запахом  жареной

дичи. Музыканты со своими арфами, флейтами и барабанами сидели  в  углу;  их

благозвучная музыка не мешала вести беседу. То и дело за столами  раздавался

смех.

   Никто не мог пожаловаться и на отсутствие аппетита, один  лишь  Корум  не

притрагивался к еде. Время от времени он о чем-то  говорил  с  Гоффаноном  и

Джерри-а-Конелем, но в серьезный разговор не вступал. Потихоньку попивая мед

из золотого рога, он рассматривал  собравшихся,  узнавая  героев  и  героинь

мабденского народа.

   Помимо пяти королей - короля Маннаха, короля  Файахэда,  короля  Даффина,

короля Кхонуна, правившего землей Туха-на-Ану, и короля  Гачбеса  из  страны

Туха-на-Тир-нам-Бео здесь присутствовало множество великих героев, о которых

народ уже сложил баллады. Среди прочих были Файона и Калин, дочери покойного

рыцаря Мидгана Белого, две славные воительницы. Они были удивительно  похожи

друг на друга - белые локоны, розовые щеки, глаза цвета меда -  даже  платья

их имели одинаковый крой, хотя слегка и отличались друг от друга - одно было

отделано голубой, другое - розовой тесьмой. Воительницы эти заигрывали разом

с доброй  дюжиной  рыцарей.  Рядом  с  ними  сидел  знаменитый  Дуболом  или

Фадрак-эт-зе-Крэг-эт-Лит. Ростом и шириною плеч  он  не  уступал  Гоффанону.