— Нет, вы только посмотрите на эти ножки.
На ее счастье, Стэммел тоже услышал эти слова:
— Коррин, кто тебе разрешал говорить в строю?
— Никто, сержант, — вздрогнув, ответил Коррин.
— Может быть, ты забыл, что тебе позволяется делать только то, что приказано, и ничего больше?
— Никак нет, сэр, — в голосе Коррина не было столь привычной уверенности, — но, сэр, такое очаровательное зрелище, я…
— Если пара ног может заставить тебя забыть об обязанностях солдата — тебя придется хорошенько потренировать. Мне наплевать, пусть хоть сама герцогиня явится сюда в чем мать родила и будет дергать тебя за бороду, — ты должен обращать внимание только на меня, а не на нее. Тебе все ясно?
— Да, сэр, — угрюмо ответил Коррин, — но…
— Никаких «но»! — рявкнул Стэммел.
Меньше чем через час группа новобранцев сержанта Стэммела было переодета и направлена в одну из казарм, где капралы Боск и только что представленный новичкам Девлин показали каждому его койку.
— Командирами отделений в течение первого месяца будут назначаться все по очереди, — объявил Девлин. — Койки командиров — здесь, в первом от двери ряду. Затем идут койки вторых номеров, третьих и так далее. Будете меняться местами в соответствии с изменением номера в колонне, которая отныне будет и вашим отделением. Теперь — все койки должны быть заправлены одинаково. Сейчас вам покажут, как это делается.
Оба капрала молниеносно заправили две койки, а затем снова разворошили их.
— Теперь ваша очередь. Приступить! — скомандовал Девлин.
Задача оказалась весьма непростой. Следовало встряхнуть и аккуратными ударами взбить набитый соломой тюфяк, придав ему форму правильного плоского четырехугольника. На него плотно натягивались муслиновые простыни и покрывало, а коричневое одеяло из толстой шерсти, сложенное определенным образом, укладывалось в ногах. Паксенаррион одной из первых удалось привести свою койку в сносный, с точки зрения капрала, вид, и, встав рядом с кроватью, девушка стала ждать, когда с заданием справятся остальные. Чувствовала себя Пакс по-прежнему неуютно — особенно из-за голых, непривычно обдуваемых холодным воздухом ног. Кроме того, ей хотелось есть. Судя по виду остальных новобранцев, им тоже было несладко.