Оба свидетеля направились сначала к Стефи, обошли его, затем наскоро оглядели Коррина. Подойдя к Паксенаррион, они задержались надолго. Женщина аккуратно коснулась распухшего лица Пакс, из-за чего та вздрогнула и поморщилась. Кто-то из двоих провел рукой по запекшейся крови, выступившей сквозь ткань туники на ее спине. Затем свидетели отошли к капитану и перекинулись с ним несколькими фразами. Офицер кивнул.

— Стража, раздеть их, — приказал он.

Пакс задрожала от ужаса.

— Не волнуйся, — негромко пробормотал один из ее конвоиров. — Они просто хотят осмотреть твои раны. Стой спокойно.

В это время второй солдат аккуратно распорол ее тунику на спине и по рукавам и бросил изорванные лохмотья на землю.

Паксенаррион поглядела по сторонам. Стефи сам снял с себя тунику, а с Коррина охрана стянула тунику через голову, видимо посчитав, что он делает это недостаточно быстро.

Свидетели вновь подошли к ним и осмотрели в том же порядке. Пакс со страхом ждала приближения незнакомцев. Они же, в свою очередь, стояли около нее довольно долго, тихо переговариваясь о чем-то.

— Подними-ка голову повыше, — вдруг попросила ее женщина. — Видите, Хериберт, это не что иное, как синяк от сильнейшего удара, не так ли?

— Разумеется. Да и, пожалуй, не одного, — ответил второй свидетель. — А ну-ка, встань ровнее, выпрямись.

Пакс попыталась исполнить приказ, но не смогла: сильная боль в животе просто скрючивала ее.

— Так, здесь тоже синяки, и выпрямиться она не в состоянии. Похоже, это даже не рукой — может быть, ногой в сапоге? Ну и ну… А вот это что, по-вашему? — спросил седобородый.

Однорукая женщина ответила:

— Такие следы — порезы вместе с синяками — оставляет пряжка от ремня…

Поговорив еще немного, свидетели направились к капитану, оставив Пакс дрожащей и готовой потерять сознание от боли и стыда.