Передо мной поднималась стена из массивных блоков, некоторые были выше меня, даже когда я верхом на Фаллоне. С нею время обошлось не так жестоко. Бледное солнце высекало ледяной огонь из серо-белых кристаллов на ее поверхности. Я направилась к единственному проходу в этой стене, к воротам, таким узким, что одновременно через них мог пройти только один человек.

Прут в моей руке начал рваться так сильно, что я с трудом его удерживала. Его оплетенный серебром конец указал на темное пятно на стене на уровне моего бедра. Кровь - и кровь того, кого я искала!

Ободряло меня только то, что пятно небольшое и единственное. В том, что Джервона захватили после упорного сопротивления, борьбы, я была уверена. Он слишком опытный воин, чтобы взять его легко, и тела, которые я видела в нашем последнем лагере, свидетельствовали об его умении защищаться. Но это был первый знак того, что он ранен. Я посмотрела вниз, под ноги, ожидая увидеть новые пятна.

Стена оказалась первой из трех. И они различались по цвету, потому что первая, несмотря на кристаллы, была серой, как вся остальная Пустыня.. Вторая, в двадцати шагах за первой, - тускло-зеленая. Причем не от растительности, зелеными были сами каменные блоки.

А третья - ржаво-коричнево-красная, цвета высохшей крови, и камни ее были гораздо меньше. А проход - еще более узкий; здесь, несмотря на все дурные предчувствия, мне пришлось слезть с лошади и идти дальше пешком.

Если на этой стене и попадались кровавые пятна, обозначавшие проход Джервона, их скрывала естественная окраска камня. Передо мной оказалось прямоугольное здание, чуть выше стены, без окон, мрачное, построенное из черного лишенного блеска камня, словно из теней. И из крыши этого здания, бросая вызов угрюмому солнцу, поднимался луч бледного свечения, озарявшего окрестности.

Теперь, подойдя ближе, я заметила, что луч пульсировал, как вечно меняющиеся языки пламени. Но я была уверена, что это не отблески горящего дерева.