Змеиным горлом называлась узкая полоска земли между полноводным озером Духов и непроходимыми болотами, которые тянулись на сотни верст, надежно прикрывая Приграничье от нежданных пришельцев с юга. Змеиное горло представляло собой запутанный лабиринт из рвов, заполненных нефтью, пороховых ловушек, которые неожиданно взрывались под ногами непрошеных гостей, и волчьих ям, на дне коих, вкапывались острые копья, способные пропороть насквозь лошадь. Содержание этих оборонительных сооружений требовало немалых затрат и огромных усилий. Десятки смердов под началом молчунов почти ежедневно работали в лабиринте, и это в самую страдную пору. Но Башня была неумолима — жизнь людей и благополучие Приграничного края зависели от исправности сооружений. Смерды это понимали и с ворчанием подчинялись жесткому нажиму меченых. Змеиное горло на протяжении нескольких веков служило ареной кровопролитных схваток между Башней, прикрывавшей земли Приграничья в самом опасном месте, и разной нечистью, которая искала добычу в богатом краю. Это была земля, где каждый квадратный метр был обильно полит кровью меченых, и, быть может, поэтому здесь росла трава странного багрового оттенка, которая более нигде в Приграничье не встречалась.

Хвощ заметил издалека своих товарищей и поспешил им навстречу. Узкие глаза его искрились весельем, гнедой конь под ним пританцовывал, готовый в любую минуту поспорить с ветром.

— А мы вас ждали. — Хвощ обнажил в улыбке белые, как пена, зубы. — Все глаза проглядели.

— А на том костре твои кашевары готовят для нас угощение, — в тон ему отозвался Бес и махнул рукой в сторону огромного костра, чадящего черным удушливым дымом.

— Было, — усмехнулся в усы сержант Хвощ, — Придавили вчера двух вожаков да полсотни псов. А в остальном у нас тихо.

— А ты говоришь — рано! — бросил Сурок на Чуба укоризненный взгляд.

— Значит, повеселимся.

— За весельем дело не станет, — обнадежил Хвощ. — Молчуны обещают суматошный день.