- Что может заинтересовать пирата на этой пустынной земле? пробормотал Генри.

- То же самое, что может заинтересовать французского графа, парировал Вильер.

- Испорченность нравов при дворе может надоесть и стать невыносимой для порядочного человека.

- Однако несколько поколений порядочных д'Частильонов переносили ее вполне благополучно, - неожиданно резко произнес Вильер. - Сударь, удовлетворите мое любопытство. Мне не понять, почему вы продали свои земли, погрузили на корабль всю обстановку вашего замка и скрылись за горизонтом, так что никто ничего не знал о вас? Почему вы поселились именно здесь, когда ваш меч и ваше славное имя могли предоставить вам возможность жить в любой цивилизованной стране?

Генри поиграл золотой цепочкой на шее.

- Что касается причин, побудивших меня покинуть Францию, то это касается только меня, - сказал он. - Осесть здесь меня заставила воля слепого случая. Все мои люди высадились на берег и выгрузили большую часть обстановки, о которой вы говорили. Мы собирались построить здесь временное пристанище. Однако внезапно надвинувшийся с запада шторм сорвал мой корабль с якоря и разбил его о скалы северного мыса, так что мы оказались лишены возможности выбраться отсюда.

- Вы хотите сказать, что если бы такая возможность у вас была, вы вернулись бы во Францию?

- Не во Францию. Может быть, в Китай или в Индию...

- Вам, должно быть, скучновато здесь, сударыня, - неожиданно обратился Вильер к Франсуазе.

Девушке было очень любопытно взглянуть на новое лицо и, может быть, услышать что-нибудь интересное, потому она и спустилась в этот вечер в зал. Однако теперь ей очень хотелось оказаться в своей спальне вместе с Тиной. Взгляды, которые время от времени бросал на нее Вильер, были весьма красноречивы. Он искусно поддерживал беседу, его манеры были безупречны, однако Франсуаза понимала, что это лишь маска, скрывающая грубый и жестокий нрав.