Сейчас Марк превратился в неплохого командира, но в армии Цезаря он был поначалу зеленым новичком — скорее политическим выдвиженцем, нежели военным, — и почти во всем зависел от своего старшего центуриона.

Гай Филипп хмыкнул с довольным видом.

— Как поживает Зеприн Красный? — спросил Марк.

— Все еще хочет оставаться рядовым бойцом. Что очень обидно, -ответил ветеран.

Марк покачал головой:

— Он неплохой солдат, но куда охотнее я увидел бы его в роли офицера.

Великан-халогай Зеприн Красный некогда командовал императорской гвардией Маврикия Гавра. Император и гвардия погибли в жестокой сече. Зеприн не уставал винить себя за то, что не пал рядом со своим повелителем, и наотрез отказывался принимать офицерское звание. Отныне он не желал подвергать опасности никого, кроме самого себя.

— А Пакимер? — продолжал спрашивать Скавр.

Гай Филипп смешливо фыркнул:

— Пакимер остается Пакимером.

Оба римлянина, усмехаясь, переглянулись. Отряд легкой кавалерии Лаона Пакимера не состоял непосредственно под командой Скавра; однако хатриши и легионеры несли службу плечом к плечу — так повелось со времен Марагхи. Легкомысленный стиль Пакимера выводил из себя методичного старшего центуриона. Но как бы небрежно ни делал свое дело Пакимер, результаты — на удивление — получались хорошие.

— Что еще я хотел сказать? — пробормотал Гай Филипп, рассеянно почесывая шрам на правом локте; левая рука, защищенная в бою щитом, шрамов почти не имела. Затем лицо старшего центуриона просветлело. — Ах да! Теперь у нас двое новых оптио: Пулион и Ворен.

— Оба сразу? — хитро спросил Марк.

— Да, оба сразу, — ответил Гай Филипп, не поддерживая шутки трибуна. — Думаешь, у меня хватило бы духа повысить в звании одного и забыть про другого?

Тит Пулион и Луций Ворен соперничали много лет. Этот спор окончился в тот день, когда в стычке с отрядом намдалени Дракса они спасли друг другу жизнь.