Выше, еще выше. Мимо больших причалов, со столбами еще сохранившими следы канатов когда-то стоявших здесь кораблей. Мимо четырех портов, четырех эпох, отраженных в камне.

Наконец он немного оторвался от преследователей, и теперь бежал среди домов, построенных в центральном углублении кораллового рифа, затем, увидев крутой скалистый склон с тремя впадинами, пробитыми морем, стал подниматься по нему, не зная и не желая знать, что это такое.

Оказавшись на плато, Барк пересек набережную и затравлено оглянулся.

Его по-прежнему преследовали. Бока землянина кровоточили, в глазах было отчаяние, и он продолжил свой путь, поднимаясь по узким извилистым улочкам, среди домов, давно уже превратившихся в бесформенные кучи, и только кровавый след отмечал его путь.

Взобравшись на высокий холм, он увидел громадный дворец, окруженный массивной каменной стеной. Инстинкт подсказывал, что это место опасно, но Барку было просто необходимо отдохнуть, смыть кровь и гряз, чтобы успокоить жгучую боль и хоть ненадолго забыть о своих врагах. Он, спотыкаясь, побежал вдоль высокой стены, отбрасывающей густую черную тень, пока не оказался перед решеткой, а когда ноздри его затрепетали от запаха воды, то он, уже ни о чем не думая, прополз под ней и оказался на мягком свежем газоне, в зарослях густых кустов с тяжелым сладким запахом и белых огромных цветов, нежно светившихся в темноте.

Решетка тихо закрылась, но землянин даже не заметил этого. Он бежал на запах воды между деревьями самых причудливых форм и сверкающими статуями из мрамора и полудрагоценных камней, и усталость и жажда не давала ему остановиться.

Барк выскочил на открытое пространство в центре которого находился бассейн, в виде резной чаши, врытой землю.

Стояла жуткая тишина. В черных окнах дворца, возвышавшегося по другую сторону бассейна, играли блики луны. Барк замер. Ничего. Тишина и темнота. Близость воды сводила землянина с ума. Он бросился к бассейну и упав животом на его край и окунув лицо в ледяную воду, стал жадно пить.