— Я знал, что ты придешь, — сказал Хакон, — говори тише чтобы стражник не услышал.

— Я пришел узнать, откуда тебе известен ирландский...

— Врешь, — перебил его со злой улыбкой Хакон. — Ты потому пришел, что боишься, как бы я не выдал тебя Рогнару. Как только я назвал твое родовое имя, ты понял, что мне известно, кто ты такой на самом деле. Да, ты Кормак Мак Арт, но у тебя есть прозвище — ты Кормак Волк, пират и разбойник, правая рука Вулфера Юта, злейшего врага Рогнара. Я понятия не имею, чего ты здесь ищешь, но не сомневаюсь, что твое появление не сулит ничего хорошего Рогнару. Стоит мне слово сказать стражнику, и ты разделишь мою судьбу.

— А если я тебе перережу горло, так что ты и пикнуть не успеешь?

— Можешь, — согласился юноша, — но не станешь. Не в твоих правилах убивать безоружного.

— Ты прав, — скривился кельт с видимым сожалением. — Ладно, говори, чего ты от меня хочешь.

— Я предлагаю тебе жизнь за жизнь, ты спаси меня, а я не стану тебе мешать. Кельт сел на лавку и задумался.

— У тебя есть какой-нибудь план?

— Освободи меня и дай меч. Я заберу Торулу, и мы спрячемся где-нибудь среди холмов. Или, если мне это не удастся, я, по крайней мере, заберу Рогнара с собой в Валгаллу.

— Ну, а добравшись до холмов, что будешь делать?

— Там мои люди. Полтора десятка ютов, которым Рогнар надоел до смерти. Я припрятал на той стороне островка лодку, если нам удастся доплыть до одного из островов незамеченными, то у меня будет время, чтобы сколотить свою собственную дружину. И уж тогда-то я вернусь и заплачу сполна этому негодяю за пинки под ребра!

Кормак кивнул. Подобное тому, о чем говорил Хакон, не раз случалось между викингами, и его план имел немалые шансы на успех.

— Все это хорошо, — сказал кельт наконец. — Но тебе прежде всего надо выйти отсюда.

— Это твоя забота.