— Мы устали рисковать, — признался Мартинес. — Так что, возможно, мы попробуем что-нибудь еще. Посмотрим, что нам сможет предложить ваша компания.

— Думаю, вы увидите — мы многое сможем предложить, — парировал Том. — Знаете, сейчас это еще не слишком афишируется, но результаты первых экспериментов весьма обнадеживают, так как…

В этот момент в конце прохода, возле которого они сидели, появился служитель. Он сверился с надписью на конверте.

— Том Рейли? — осведомился он у Мартинеса.

— Вот он, — показал Мартинес.

Посланец протянул Тому конверт:

— Меня попросили передать это вам.

— Спасибо, — отозвался Том, быстро сунув ему двадцатидолларовую купюру — чаевые. Гонец унесся. Том одарил своих гостей улыбкой. — Мало им электронной почты и телефона в кармане: все равно будут присылать бумажные письма… — Он разорвал конверт и извлек из него единственный листок — желтый бланк с голубой каймой. Он мог встать, выйти в проход и прочесть послание там, но это было бы невежливо и сулило осложнения в общении, а ему бы хотелось этого избежать. Поэтому он лишь чуть-чуть развернул листок, чтобы просто заглянуть в письмо, почувствовал, как оно пронзает его, нанося удар по самому тайному, мягкому и незащищенному месту, но при этом у него хватило присутствия духа ограничиться лишь кивком: мол, всего-навсего получил ожидаемую информацию.

— Хорошие новости? — подтолкнул его локтем этот старый кубинский лис из Майами.

— Отличные, — ответил Том, выдавив улыбку и пряча письмо в нагрудный карман. — Мы стараемся избегать беспроводной связи, когда речь идет о самых деликатных материях. Мой секретарь отправил курьера… Только что была одобрена одна очень крупная сделка, но пока нам лучше о ней помалкивать, вы же понимаете. Пока мы не можем ничего разглашать.