— Простите, — решилась, наконец, Милана. — А как мне найти Российское посольство? Россия. Российская Федерация. Ну, Россия, Ельцин, Путин, водка, матрешки, — Милана чуть не плакала, потому что присутствующие никак не хотели её понимать. — Господи, ну что же делать? Ну, Россия, Москва, Сибирь… Так. Карта у вас есть? Карта.

Милана рукой как бы расстелила на столе карту и в воздухе нарисовала контуры континентов.

— Суша, море, Африка, Америка, Евразия. Черт, ну как же вам это объяснить?!

Тут Милану осенило, она снова высыпала содержимое своей сумки на стол и взяла в руки ежедневник.

— Только бы была, только бы была… — шептала Милана. — Вот, есть! Смотрите, — и она ткнула пальцем в малюсенькую карту мира. — Это карта. Карта. А вот Россия. Моя страна. Россия. Большая страна.

Авдей, госпожа Любовь и Доброгнева склонились над столом, силясь понять, что говорит им Милана, а Бронислав вышел и быстро вернулся с малюсенькой коробочкой в руке. Он что-то вынул из коробки, вставил это что-то в выемку на столе, и на стене появилось изображение.

— Карта мира, — сказал Бронислав, и изображение тут же сменилось.

Милана, охнув, села на стул — карта, светившаяся на стене, имела очень мало общего с известной ей картой мира. На ней было лишь два материка: полностью отсутствовали Африка и Австралия, место Америки занимали несколько крупных островов, а Евразия была как будто расколота на две части, северную и южную.

— Карта мира до большого наводнения, — велел Бронислав, и на стене на этот раз появилось хорошо знакомое Милане изображение.

— Ну, вот же она! — вытирая текущие по щекам слезы, всхлипнула девушка. — Вот правильная карта. Та первая ведь была неправильная. Ну, скажите, что та была неверная.

— Этого просто не может быть, — выдохнула Доброгнева. — Похоже, вы действительно правы, она из прошлого. Эта карта ей явно знакома, а мир после наводнения она видит впервые.