Тут к старушке подошел полисмен, не Бронислав, а какой-то другой, он что-то спросил, а потом согнул руку в локте, и слегка нагнулся, чтобы старая леди смогла опереться на его руку и встать.

— Они поймали вора, — радостно заявила старушка. — Мне нужно пойти в участок, поэтому я с вами прощаюсь, милочка. Была очень рада знакомству. Всего вам хорошего.

Милана помахала старушке рукой, старушка ответила тем же.

"Ну ладно, хоть жесты понимают, — подумала Милана. — Воришку, значит, поймали, а где же Бронислав? Мне так и сидеть здесь с его едой?".

Милане очень хотелось есть, а пирожок, как назло, необычайно вкусно пах.

"Надо было пойти за старушкой. Ее наверняка в полицейский участок повели, а значит, Бронислав там. И пирожок бы отдала, и мне бы, может, кто-нибудь помог…" — как всегда с опозданием осенило Милану.

Девушка попыталась поспрашивать у прохожих, как пройти в полицию, но ее не поняли. Хозяин кафе очень старательно пытался разобрать, чего же хочет странная девушка, вот уже бог знает сколько времени держащая в руках надкусанный пирожок и бутылку пива, но он не знал ни одного языка, названного Миланой. Когда девушка уходила, он предложил ей урну, чтобы она могла выбросить еду, раз не хочет её есть, но девушка почему-то отказалась.

Вечерело. Сначала ушли волейболисты, потом постепенно стали расходиться загорающие, а вот посетителей в кафе, напротив, заметно прибавилось. После того, как солнце спряталось под водой, на набережной стало многолюдно. Милана чувствовала себя ужасно глупо, но ни выкинуть, ни съесть оставленную ей полицейским еду не решалась. Чтобы не привлекать к себе ненужного внимания, она ушла на пляж и расположилась в одном из шезлонгов.