- Здравствуйте, Михаил Сергеевич! Как у вас сегодня дела? - вежливо спросила Нюта. - Дела идут плохо, Анюточка. Клиентура сочится слабым ручейком. На Гаванском рынке действует мой коллега с попугаем, попугай вытаскивает билетики, и публика валом валит. Мне нужен его величество попугай, но где его поймать? Попугаи не хотят лететь в наш бедный Петроград. - Дядя Миша, зато у других предсказы чернилами написаны, а у вас на машинке, - утешающе сказал Костя. - И потом вы знаете очень много знаменитых людей. - И на том спасибо... Но у тебя какой-то взволнованный вид. Что-нибудь случилось? Костя не знал, из-за чего у него взволнованный вид: из-за того, что вчера произошел поцелуй, или из-за того, что позавчера он похитил миллион. Наверно, все-таки из-за поцелуя. Теперь у него, может быть, всю жизнь будет взволнованный вид. Но говорить про это никому нельзя. Поэтому он ответил так: - Дядя Миша, я украл у тети Ани миллион. Вот из-за этого у меня такой вид. - Сумма по нашим временам небольшая, но красть нехорошо, - спокойно сказал Который. - Был у меня во взводе такой Свитников, вор. Тащил у своих же все что попало. Солдаты его и уговаривали, и бивали - все без толку. И вот однажды его нашли убитым. Конечно, на войне не без убитых, но он-то был убит в спину возле своей землянки. Рапорта по начальству я подавать не стал. Вот так-то... - Он вернет миллион в поте лица, - быстро проговорила Нюта. - Мы идем зарабатывать. - Постой, постой! - обратился к Косте Который. - Миллион я тебе могу дать. Если уж на то пошло, ты заработал, печатая для меня на машинке, не один миллион. - Но это, дядя Миша, совсем не то будет, - возразил Костя. - Печатать это для меня удовольствие и даже польза, потому что расширяется кругозор моего ума. Мне нужно заработать миллион в поте лица. - Ну, крепко же тебя Анна Карловна спропагандировала!.. Что ж, может быть, это не так уж и плохо. Костя и Нюта покинули толкучку и пошли по Шестой линии крытой каменной галереей Андреевского рынка.