Идти очень не хочется. Костя оглянулся через плечо на зеркало. Оно показалось ему странно тусклым. А вдруг оно совсем затмится, подернется дымом, и из него влетит в комнату огромная летучая мышь? На голове у нее маленькая серебряная корона, а по краям крыльев - белые, морозно серебрящиеся глазетовые полоски, как у гроба. За летучей мышью выйдет астральное тело, женщина-призрак, вызванная из склепа медиумом Ле-Местром. У нее немигающие глаза, огромные, круглые, как граммофонные пластинки, и вся она светится в темноте, вроде как Баскервильская собака... "А если помолиться, может, будет не так страшно? - подумал Костя.- Но разве бог хоть раз мне помог? Он есть, но он ни во что не вмешивается. Почему он не подал мне никакого сигнала, когда я взял деньги у тети Ани? Он мог бы направить мне в глаза солнечный зайчик, или тихонько свистнуть из угла, или просто по-товарищески шепнуть на ухо: "Не укради!" Нет, против страха бог ничем не поможет. Лучше уж пришли б налетчики! Они все-таки живые, обыкновенные люди. Но они не придут. Им тут нечем поживиться. Тетя Аня давно сменяла все ценные вещи на муку, на сало и на картофель... А что, если опять оглянуться?" Он снова посмотрел в зеркало. Пока - ничего нового. Но вдруг из него, тихо покачиваясь, вылетит гроб? И в гробу (а если до абсурда?!)... и в гробу сидит тот дяденька с чуть-чуть собачьим лицом, которого художник с двухэтажным именем нарисовал на фанере. И в руке у дяденьки - веник. Он машет веником и поет голосом Гоши Ангела: Мы - не дьявола улов, не улов, не улов! Проживем мы без мылов, без мылов, без мылов! Костя вышел в коридор и поспешил в комнату Которого. Включив свет, он увидел, что кот сидит на диване. На полу пустая миска. Костя взял кота на руки, и тот сразу замурлыкал. Вернувшись в свою комнату, Костя, не выпуская Мамая, стал у окна. Было приятно ощущать живую тяжесть и слышать мурлыканье. Весь город был темен, только кое-где неярким желтым огнем светились квадраты; они как бы висели в воздухе.