— Я думаю, мы уже достаточно ходили вокруг да около, — сказал наконец Арилан, дождавшись, пока бурные эмоции немного поутихли. — Даже если мы все склонны к тому, чтобы отдать королю должное, — а вам известно мое отношение к этому вопросу, — все равно сейчас не время принимать окончательное решение, нам предстоит война, а сегодня вечером мы должны провести ритуал. И кстати, я не думаю, чтобы кто-то всерьез полагал, будто Морган или Дункан могут сейчас быть реальными кандидатами.

— И спасибо небесам за это, — пробормотала Вивьен.

— Не беспокойся, Вивьен, — сказал Арилан. — Я первый соглашусь с тем, что оба они обладают неизвестными нам качествами. Кроме того… — он позволил себе горькую улыбку, — они до сих пор не простили меня за отказ от их услуг.

— Ты хочешь сказать, они тебе не доверяют? — спросил Тирцель.

Арилан взмахнул рукой, как бы говоря: «И да, и нет».

— Недоверие — это, пожалуй, слишком сильное слово, — продолжил он. — Лучше просто сказать, что они осторожны во всем, что касается меня — и кто станет порицать их за это? Они негодуют из-за того, что я не хочу говорить с ними о Совете — а я, само собой, не могу им объяснить, почему я этого не хочу.

— Три года назад ты привел их сюда, никого не спросясь, — холодно сказал Баррет. — Они уже знают о нас слишком много.

Арилан склонил голову.

— Да, я готов ответить за это… хотя я по-прежнему считаю, что поступил правильно, учитывая обстоятельства. Но, конечно, с тех пор я обдумал все как следует.

— Но продолжаешь поступать по-прежнему, — промолвила Вивьен.

— Давайте не отвлекаться, — тихо сказал Баррет. — Это старый, слишком старый спор. Вернемся к насущным проблемам. Денис, если ты не можешь этого предотвратить, то можешь ли ты хотя бы держать все под контролем?