Арилан мысленно признался себе, что уже не раз размышлял о такой возможности, и был уверен, что он не одинок в этом, — но никто не осмелился заговорить об этом вслух на Совете. Арилан был также уверен, что Ларан, будучи Целителем, и Баррет, чье зрение могло бы отчасти вернуться, если бы его целительский дар можно было снова взять под контроль, тоже считают вопрос достойным обсуждения.

— Но, конечно, эту тему следует отложить на другой день, — продолжила Софиана. — Сейчас, если я правильно поняла, нас гораздо больше интересует то, что Келсон намерен действовать вопреки нашим суждениям. Однако я боюсь, что мы мало что можем изменить в данном случае, если забыть о физическом вмешательстве.

— Я уверен, ты не примешь возражений по этому вопросу, — сказал Баррет. — Но то, как ты выбираешь слова, заставляет предположить, что ты видишь некий способ…

— Если мы окажемся достаточно дерзкими, чтобы его использовать… да. Поскольку мы, похоже, согласны в том, что нет сомнений в том, что Вивьен столь изысканно назвала «чистотой крови» Келсона, я предполагаю, что у нас хватит сил, чтобы взять его под контроль… что мы по сути и делали в течение нескольких лет. Введем его в состав Совета.

Она не обратила внимания на общий вздох и подняла руку, показывая на пустое кресло с высокой спинкой, стоявшее между Тирцелем и Вивьен.

— Введем его в Совет и свяжем его теми же клятвами, какие связывают всех нас. Или вы боитесь его?

— Конечно, нет! — вознегодовала Вивьен.

— Он достаточно силен, — продолжила Софиана. — Он зрел не по годам.

— Он не тренирован!

— Ну, так возьмем на себя эту работу, и тогда можно не сомневаться — он будет под должным наблюдением.

— У него нет других качеств.

— Каких именно?

— Не дави на меня, Софиана!

— Каких качеств ему не хватает? — настаивала Софиана. — Я готова согласиться с тем, что он действительно не готов, но вы должны доказать мне это.