А в комнате землянка Люся телевизор смотрела. Увидела спрутового террориста, возмутилась:

— Я сантехника не вызывала! У меня унитаз уже неделю хорошо работает. Отойди от телика, а то Санту-Барбару не видно!

— Я — террорист! — сказал террорист. — На тебе, землянка, сто тысяч долларов из моего синтезатора и уезжай в свою Санту-Барбару! Не мешай работать, мне тут Альфу Центавра распылить надо.

— Давай, — согласилась землянка Люся, взяла доллары и фр-р-р, только её и видели.

Значит, пьёт Вася водку целую неделю, колбасой заедается, глюки ловит: то чертей, то галактических полицейских — отдыхает, ага. А Люська на пляже миллионера подцепила, тоже культурно себя ведёт. А террорист из бластера Альфу Центавру лучами опыляет, все при деле!

Но через три дня Вася помер от пьянки, бутылкой подавился; Люська померла от миллионера, он лунатиком был и во сне её задушил, за жену принял; инопланетный террорист тож помер, у него бластер прохудился.

Короче, все умерли.

А свезло двум ворам, что дырку в потолке провертели: они инопланетянина в оставшейся водке заспиртовали и в кунсткамеру за сто восемнадцать долларов продали.

Вот же людям счастье привалило!

Калоши

А один человек себе в магазине калоши купил. Они ему не нужны были, но он всё равно купил. Потому что жадным был и всё блестящее любил.

Купил, надел и вышел на улицу красоваться — то так ногу повернёт, то эдак, всем показывает. А никто не видит, плевать всем на его калоши!

Потому что сухо.

Красовался он, красовался, да под трамвай и угодил — отрезало ему руки, ноги, голову, живот и задницу.

Пришёл он в Рай в разобранном виде, в ворота постучал, а ему отвечают:

— В калошах не пущаем! Сымай, тогда пустим, у нас культура, — он и так и сяк, а калоши не снимаются, он же духом бестелесным стал и в каком виде помер, в таком и ходит. Хоть и разобранный.