С волнением открыл дверь, вошел. Зал был тот же самый, просторный, с плотно зашторенными окнами. Только никого здесь не было. И столы другие — черные, и оборудование на них мне было незнакомо — отсутствовали старые телетайпы, на которых женщины корректировали шифрограммы, причем, на уровне перфоленты — склеивали ее, прокалывали необходимые отверстия, что-то заклеивали; и «ресы» на которые женщины выводили окончательный вариант своей работы. Эти рулоны они потом отдавали прапорам спецсвязи, которые и передавали их в Москву.

Я посмотрел направо в самый дальний угол — на дверь купейного типа. За ней в мое время располагалась узкая тесная каморка, плотно набитая вычислительной техникой и оборудованием связи — мое бывшее место службы. Оттуда ко мне шел человек в штатском.

— Я раньше служил здесь, — постарался я объяснить свое появление, не дожидаясь, когда он вызовет охрану — посторонним нельзя.

Он приблизился. Внимательно посмотрел на меня.

— Замечательно, — сказал он и полез в карман куртки.

Достал оттуда четыре охотничьих патрона 12 калибра. Все — зеленого цвета. Подал мне. Я зачем-то их взял.

— Ну пойдем, — сказал он. — Передам тебе все остальное.

И я пошел с ним.

Мы вышли из здания, прошли КПП-3, спустились с горы, прошли мимо казарм и штаба, прошли КПП-2, выйдя в военный городок. И тут он повел меня какими-то совершенно незнакомыми мне улочками, завел в современное здание замысловатой конфигурации (в мое время дома были в основном сталинской постройки — высокие потолки и газовые колонки вместо горячей воды).

Поднялись по лестнице. В дверях я столкнулся с женщиной, которую уже видел по приезду в воинскую часть. Она оттаскивала в сторону какие-то большие прозрачные пластины, давая нам возможность пройти — здесь явно шел ремонт.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался я, ожидая, когда она закончит свою работу. Мой спутник принялся ей активно помогать.