— Женщина займет много места. Для выживания вам не хватит оставшегося пространства.

— Но…

— Вот что мы сделаем. В корабельный компьютер можно записать личность женщины, и говорить он с вами будет женским голосом. Такая подпрограмма не займет много памяти, и компьютер сможет без помех выполнять свои основные функции.

— Похоже, вы меня не поняли…

— Корбелл, мы знаем, что женщина вам не нужна. В противном случае вы уже воспользовались бы любовной койкой, мы стерли бы вашу личность и начали все сначала. Но вы в спальне уже две недели и еще ни с кем не переспали.

— Проклятье, Пирс! Вы что, хотите, чтобы я делал это при всех? Я не могу!

— Вот именно.

— Но…

— Туалет вы смогли использовать, не так ли? У вас не было выбора. Вы из тех мужчин, которые знают, что делать с женщиной, но не нуждаются в этом. Иначе вы не смогаи бы стать таранщиком.

Если бы Корбелл ударил Пирса, его личность немедленно бы стерли. И зная это, он бил бы наверняка, чтобы убить. Прошло секунд десять. Куратор наблюдал за ним с откровенным любопытством, а когда тот наконец расслабился, произнес:

— Завтра вы улетаете. Обучение закончено. Прощайте. И Корбелл ушел, сжимая кулаки.

Значит, спальня была проверкой. Теперь это очевидно. Он смог пройти по узкому мостику без перил, значит, не боится высоты. А способен ли он провести двести лет один в кабине космического корабля? Если да, то среди сотен людей он должен чувствовать себя неуютно. А чтобы провести двадцать лет без женщин, надо быть импотентом.

После обеда Корбелл вернулся в спальню. Мостик заменили почти невидимым куском стекла. Будущий пилот зарычал и быстро перешел с крыши на крышу. Охраннику пришлось бежать, чтобы догнать его. В спальне он постоял между двумя стенами коек, а потом сделал глупость.