– Что ж, судьба нас рассудит, – сказал Аято, поглядев на часы.

   Через пятнадцать минут Олесь разбудил Салаха и лег на его место. Сладкая дремота сковала веки, и мозг погрузился в благодатный сон. Организм отдыхал и готовился к новым испытаниям.

   С первыми лучами Сириуса, Кайнц начал поднимать людей. Это оказалось нетрудно. Все земляне были неизбалованны судьбой и могли довольствоваться малым. Между тем Кайнц дал на завтрак всего десять минут, и люди быстро принялись за еду. Именно в этот момент к Олесю подошла Кроул и как бы случайно уронила на землю куртку. Не привлекая внимания остальных, девушка тихо произнесла:

   – Я не нуждаюсь в вашей помощи и попрошу в дальнейшем этого не делать.

   Храбров поднял голову, внимательно посмотрел в глаза Олис. Нет, она лжет. Той надменности и высокомерия больше нет. Аято прав – Кроул говорит не то, что думает. По всей видимости, девушка ждала каких-то оправданий, но Олесь молчал. Мало того, он улыбнулся, добродушно и весело.

   – И все же, спасибо, – вымолвила Кроул более мягко, отходя в сторону.

   Завтрак закончился, и группа готовилась к выходу. Впрочем, еще на пять минут они задержались из-за тапсанов. Всем хотелось посмотреть на этих хищников в утреннем свете.

   – До первого космодрома еще около двадцати километров, первые сутки после вкалывания препарата истекают через два часа. Хорошо, если наша разведка увенчается успехом, а если нет? – сказал граф.

   Немец сделал небольшую паузу и сам же ответил:

   – Тогда мы будем вынуждены идти ко второму космодрому, до которого двести пятьдесят километров. Это не менее семи суток быстрого марша. Чтобы совершить его, все солдаты должны быть здоровы. Любая драка или столкновение могут привести к ранениям. Кругом враги, и церемониться мы не собираемся. В любом случае, человек, не способный двигаться дальше, будет оставлен, живой или мертвый. Другого выхода у нас нет. Иначе погибнет вся группа.