Тотчас яркий солнечный луч ворвался в шахту. Стало светло, как днем. Щурясь, Майгин нагнулся к светлому пятну, но не увидел ничего, вернее увидел лишь глубокую сияющую пустоту, такую, каким кажется небо, если человек смотрит на него против солнца…

— Андрей Гаврилович!

Майгин оглянулся. Позади стоял Петя Благосветлов. Студент таращил удивленные глаза.

— Наружу прорубились?

— Не думаю…

— Так откуда же свет? Можно поглядеть?

— Гляди… — Майгин отодвинулся.

Петя нагнулся, заглянул в светлую щель и сейчас же выпрямился.

— Чудеса, Андрей Гаврилович! — сказал он. — Будто небо. Только это не небо. Пустота какая-то. — Он озадаченно посмотрел на Майгина и снова нагнулся. — Постойте, да ведь тут стекло! Пустота за стеклом…

— Позволь-ка…

Майгин отстранил Петю и принялся расширять отверстие в песчанике. Петя торопливо отгребал обломки. Наконец, когда было расчищено широкое окно, Майгин и Петя убедились, что перед ними действительно что-то вроде прозрачного тонкого стекла, а дальше — пустота с очень глубокой перспективой. Майгин схватил рубашку, протер «стекло» и прильнул к нему. Петя взволнованно сопел у него над ухом.

То, что они увидели, показалось им сном: под стеклом зияло глубокое полое пространство, а далеко внизу, на глубине примерно в сто пятьдесят саженей, на гладкой круглой площадке стояли… дома, небольшие красивые домики с округленными стенами и серебристыми крышами, похожими на шляпки грибов. Это был целый городок, имевший в окружности не менее двух верст, чистенький и аккуратный, словно игрушечный. Высоко над ним в полом пространстве неподвижно висели три больших сияющих шара. Казалось, что игрушечные сооружения внизу погружены в большой водоем, заполненный прозрачным светом.

Петя отодвинулся от «стекла» и протер глаза.

— Где мы находимся, Андрей Гаврилович?