– Итак, Земля представляет собой огромное галактическое кладбище, произнес он, сообразив, видно, что я не намерен раскрывать рот. – Однако это отнюдь не просто могильник. Она – памятник, она нить, которая связывает человечество воедино. Без нас люди бы давным-давно предали Землю забвению. Сложись обстоятельства иначе, и планета, которая дала жизнь человеку, вполне вероятно, превратилась бы в предмет академического интереса и пустых споров. Изредка в поисках туманных свидетельств о временах юности галактической расы, сюда заглядывали бы археологические экспедиции – и все.

Он подался вперед и оперся локтями на стол.

– Я утомил вас, мистер Карсон?

– Нисколько, – отозвался я, ничуть не покривив душой. Он вовсе меня не утомил, скорее, зачаровал. Неужели он и вправду верит всему тому, что наговорил мне?

– Мистер Карсон, – повторил он. – А имя? Боюсь, я его запамятовал.

– Флетчер, – подсказал я.

– Ну, конечно! Флетчер Карсон. Значит, вы слышали все эти россказни.

Что мы дерем с клиентов три шкуры, что мы облапошиваем их, что мы…

– Слышал, но не все, – заметил я.

– И принимаете их за чистую монету, не так ли?

– Послушайте, мистер Белл, – сказал я, – мне непонятно…

Он перебил меня.

– Надо признать, некоторые наши представители излишне усердны, проговорил он. – А рекламщики, преисполнясь творческого пыла, забывают порой о хорошем вкусе. Но в общем и целом мы прилагаем немалые усилия, чтобы поддержать лицо фирмы, которая взялась за такое, прямо скажем, нелегкое дело. Любой из паломников, побывавших на Матери-Земле, подтвердит, что на планете не найти ничего краше участков, к которым мы приложили руку. Благоустроенные, обсаженные вечнозеленым кустарником и тисом… трава бархатистая и аккуратно подстрижена… великолепные цветочные клумбы… да ведь вы видели все своими глазами, мистер Карсон.

– Лишь мельком, – сказал я.