Молодой человек не мешкал. Не обращая внимания на электрический щит, который силился показать ему Роберт, он направился к системе вентиляции. Обнаружив распределительный клапан, он придвинул к нему свой кейс. После чего извлек из внутреннего кармана резиновую маску, весьма напоминающую противогаз, и натянул на голову. Плоский и тонкий шланг уходил в рукав, а сама маска была так тонка, что в сложенном виде вряд ли занимала места больше, чем блокнот.

Посмотрев на часы, Эрик нажал на невидимую кнопку возле ручки кейса. Послышалось сипение, словно где-то прорвало трубу с газом. Белая струйка вырвалась из верхнего угла кейса и ударила в вентиляционный клапан. Эрик на всякий случай обернулся, проверяя, не грозит ли ему опасность со стороны поверженного охранника, после чего сел на табурет и принялся ждать, размеренно дыша через маску.

Спустя десять минут он поднялся. Охранник все еще не подавал признаков жизни. Эрик перешагнул через него и двинулся наверх.

Теперь в пансионате царило действительно мертвое безмолвие. Спали все. Сон сморил кого на лестнице, кого в кресле, кого в коридоре.

Охранники, стоявшие снаружи и видевшие, что внутри происходит что-то неладное, кинулись в холл – и были мгновенно сражены газом.

Эрик поднялся на второй этаж и двинулся по коридору, внимательно изучая номерки на дверях. На лежащую у стены медсестру он не обратил никакого внимания, как не обратил внимания на старуху, которая выглянула из дверей да так и повалилась в проеме, застигнутая облачком газа.

Возле двери под номером двадцать пять Эрик остановился. Посмотрел по привычке вправо-влево, нажал на ручку и открыл дверь.

Палата, в которую он вошел, могла бы претендовать на номер в пятизвездочном отеле. Дорогие ковры, шикарная мебель, картины, хрусталь, позолота. Тот, кто здесь жил, обладал, по-видимому, немалым состоянием, поскольку пребывание в подобных апартаментах даже один день стоило баснословных денег.