Стены просторного зала были отделаны сверкающими кристаллами. Свет укрепленного под потолком сферического светильника отражался от стен, наполняя комнату пронзительным серебристым сиянием. Дверь за спиной Джейми неожиданно быстро затворилась, из-за чего он даже смутился и замер. Большую часть зала занимали десятки громоздких стальных приборов, и хотя Джейми видел их в первый раз, он точно знал, каково их назначение. Это были контейнеры для расчленения человеческих тел. Их называли утилизаторы. В них тело разделялось на отдельные органы. Каждая из установок была покрыта толстым слоем инея. Глядя на них, Джейми поежился. Хотя на улицах Мистпорта царила стужа, здесь, казалось, было еще холоднее. В морозном воздухе ощущалось присутствие смерти, словно здесь еще раздавалось эхо отчаянных предсмертных воплей. Джейми потуже закутался в плащ и без особой охоты двинулся вперед, навстречу двоим мужчинам, ожидавшим его возле ближайшей утилизационной установки.

Высокий сутулый человек слева был доктор Леон Вэрчью. Закутанный в толстые меха грязновато-белого цвета, он напоминал голодного волка. Его длинные седые волосы спадали неряшливыми сальными прядями, подчеркивая зловещие черты его лица. Его большие и сильные руки носили следы тщательного ухода - ведь это были руки хирурга. Хотя Джейми впервые видел этого человека, он сразу же узнал его. О докторе Вэрчью слышали многие, но обращались к нему только в безвыходном положении. Поговаривали, что до переезда в Мистпорт Вэрчью занимался преступными опытами над живыми людьми. Теперь Вэрчью был владельцем и управляющим крупнейшего в Мистпорте банка человеческих органов. Такие банки были, конечно, запрещены, поскольку для них требовались органы молодых людей, умерших неестественной смертью, но человек, который нуждался в трансплантации для спасения своей жизни, обычно мало заботился о том, откуда он получит нужный ему орган. А в переулках на окраине города всегда можно было найти мужчин и женщин, о которых некому волноваться.